Майкл Фордэм

(01-09-2010 15:07) 



Майкл Фордэм изучил некоторые клинические приложения Стайновской аналогии иммунной системе в своей классической работе "Защиты Самости" (Fordham, 1974). Ранее Фордэм пришел к предположению о существовании защитных механизмов, появляющихся до того как сформируется эго. Работы Фордэма были посвящены детскому аутизму, который как "защитная мера" выдвигается против катастрофического воздействия невыносимых вредоносных стимулов (таких, например, как желание матери смерти своему ребенку), приводя к тотальному уходу в аутистическую инкапсуляцию уже в первые дни жизни, т. е. до того как началась консолидация эго младенца. Этот клинический факт, видимо, означает, что цель архетипических защит Самости состоит в том, чтобы оградить травмированного ребенка, изолировав его в целом от жизни.

Фордэм, например, отмечает, что если ребенок подвержен влиянию вредоносных стимулов патогенной природы,

то избыточная реакция системы защит может со временем стать постоянной; так, благодаря действию механизма проективной идентификации [наряду с не-я объектами] могут быть подвергнуты атаке и части "я", так что закрепляется некий тип аутоиммунной реакции: именно этим объясняется сохранение действия защит, после того как пагубное воздействие прекратилось. [Когда это происходит]... внутренний мир почти не имеет возможности развиваться; самоинтегрирующее начало всецело становится ригидным и тормозит высшие ступени развития, основанные на ведущих к зрелости воздействиях, что приводит не к деинтеграции, а к дезинтеграции и господству защитных систем. Это способствует аккумуляции насилия и враждебности, отщепленных от либидозных и любовных коммуникаций с объектом, которые могут иметь место. (Fordham, 1976: 91)

Сочетание идей Стайна и Фордэма всегда производило на меня глубокое впечатление и представлялось мне весьма многообещающим для объяснения нашей дьявольской фигуры и ее роли архетипического защитника персонального духа в психотравмирующей ситуации. Например, если мы представим себе, что защита Самости формируется очень рано, то можем предположить, что в ее функции входит атаковать все элементы переживания и восприятия, которые связаны с "выходом" ребенка в мир объектов, травмировавших его. Это может приводить к тому, что будет преследоваться потребность ребенка в объектах как таковая, и, соответственно, будет пресекаться любая попытка пересечения границы между "я" и другими. Это также означает нападение внутри самой психики на все интегративные связи между компонентами переживания с целью уничтожить желание ребенка. Здесь мы имеем то, что Бион назвал "нападением на связи" (Bion, 1959), приписав эти действия инстинкту смерти. Такое объяснение дало бы возможность понять, почему внутренний мир людей, перенесших психическую травму, имеет неослабевающую негативную окраску, почему эти люди непрестанно вредят сами себе, вплоть до того, что вновь и вновь повторяют травматизацию, которую когда-то пережили (навязчивое повторение). Если к тому же мы добавим, что защиты Самости, вероятно, не поддаются обучению, т. е., как предположил Юнг в отношении всех комплексов, опыт их ничему не учит - то мы очень близко подойдем к замечанию Стайна о психологическом аутоиммунном заболевании. Другими словами, Самость "ошибочно" принимает все последующие благоприятные подвижки в отношениях между "я" и миром как новое издание прежнего травматического опыта ребенка и реагирует в соответствии с этим. Так мы получаем защиту, которая служит главным сопротивлением изменениям, индивидуации и психотерапии.

Back to top

карта сайта